Тогда Елена была в декрете, потом долго искала нормальную работу.
Он платил за квартиру.
Он покупал продукты.
Он несколько раз помог её матери.
Елена всё это помнила.
И, наверное, именно поэтому потом так долго не замечала, что роли поменялись.
Её зарплата росла.
Его — сначала остановилась, потом стала нерегулярной.
Он уволился из сервиса.
Открыл какое-то дело с другом.
Дело закрылось.
Потом были подработки.
«Проект».
«Заказ».
«Человек должен перевести».
«На следующей неделе отдадут».
А квартира, счета и продукты постепенно легли на Елену.
Сначала временно.
Потом привычно.
А Виктор каким-то удивительным образом продолжал жить так, будто кормил семью он.
Утром, когда Елена красилась в прихожей, Виктор сказал:
— И сигареты вечером возьми.
Она закрыла тушь.
— Нет.
— Что значит нет?
— Не куплю.
— Сто пятьдесят рублей пожалела?
— Нет.
— Тогда в чём проблема?
— Хочу посмотреть, что случится, если взрослый мужчина сам купит себе сигареты.
Он усмехнулся.
— Понеслось.
— Ещё даже не началось.
Елена ушла.
А через сорок минут увидела мужа в магазине возле дома.
Она собиралась купить кофе в офис и сначала заметила знакомую куртку.
Виктор стоял у кассы и разговаривал с продавщицей Светланой.
Тихо.
Почти заискивающе.
Так он с Еленой не разговаривал уже много лет.
— Свет, до пятницы точно закрою.
— Виктор Андреевич, вы прошлую пятницу то же самое говорили.
— Ну что ты начинаешь?
— Я ничего не начинаю. У вас уже две тысячи триста сорок рублей.
Елена остановилась за стеллажом.
— Откуда столько?
— Сигареты, кофе, пельмени, энергетики…
— Энергетик один был.
— Четыре.
— Да ладно.
— Я могу тетрадь показать.
Светлана развернула толстую школьную тетрадь.
Виктор поморщился.
— Не надо при людях.
— А мне что делать? Из своего кармана закрывать?
Он полез в кошелёк.
Достал пятьсот рублей.
Потом ещё двести.
Посчитал.
Спрятал двести обратно.
— Пятьсот сейчас.
— Хорошо.
И именно тогда Светлана увидела Елену.
— Ой, Елена Сергеевна…
Виктор обернулся.
Их глаза встретились.
Елена ничего не сказала.
Просто положила кофе на кассу.
Виктор вышел за ней на улицу.
— Лена, подожди.
Она продолжала идти.
— Лена!
— Что?
— Ты сейчас всё не так поняла.
Елена остановилась.
— Как можно неправильно понять долг в магазине?
— Я собирался отдать.
— Конечно.
— Что «конечно»?
— Всё у тебя потом. Деньги потом. Работа потом. Разговор потом.
— Не начинай.
Елена рассмеялась.
— Ты серьёзно?
— Что?
— Вчера ты устроил мне допрос за блузку. А сегодня я узнаю, что ты берёшь в долг сигареты.
— Это другое.
— Конечно другое. Блузка куплена на мои деньги. А сигареты — на деньги, которых у тебя нет.
Виктор покраснел.
— Ты специально хочешь меня унизить?
Елена замолчала.
Вот оно.
Главное слово.
Унизить.
Ему казалось унижением не жить за её счёт.
Не обвинять её.
Не проверять покупки.
А признать, что у него проблемы.
— Знаешь, Витя, — тихо сказала она, — вчера тебе было стыдно не за пустой холодильник. Тебе было стыдно, что у тебя нет денег.
Он отвернулся.
— И вместо того чтобы сказать мне: «Лен, у меня проблемы, помоги», ты решил сделать виноватой меня.
— Ты ничего не понимаешь.
— Возможно.
Она сделала шаг назад.
— Поэтому вечером поговорим цифрами. С ними проще.
На работе Елена открыла банковское приложение.
Потом Excel.
И впервые за несколько лет выписала все расходы.
Ипотека.
Коммунальные платежи.
Интернет.
Страховка.
Бензин.
Продукты.
Лекарства.
Ремонт стиральной машины.
Кредит за холодильник.
Деньги на подарки его матери.
Даже штраф Виктора за парковку, который она заплатила весной.
Получилась сумма, от которой Елена сама замерла.
За последние шесть месяцев Виктор внёс в семейный бюджет меньше, чем она заплатила только за ипотеку за два месяца.
Вечером он сидел перед телевизором.
Елена вошла на кухню, поставила продукты и достала папку.
Виктор сразу насторожился.
— Что это?
— Наш разговор.
— Опять?
— Последний в старом формате.
Она разложила листы на столе.
— Ипотека — сорок одна тысяча.
— Лена…
— Коммуналка — семь восемьсот.
— Мне не надо…
— Интернет, телефоны — три двести.
— Убери это.
— Страховка машины — девять четыреста.
— Я сказал, убери!
Елена достала чек.
— А вот моя блузка. Три тысячи сто рублей.
Виктор вскочил.
— Ты издеваешься?
— Нет. Сравниваю.
— Я не собираюсь перед тобой отчитываться!
— Отлично. Тогда я тоже не буду.
Он замолчал.
— С сегодняшнего дня, — продолжила Елена, — ипотека пополам. Коммуналка пополам. Продукты пополам. Машина полностью твоя.
— Ты прекрасно знаешь, что у меня сейчас нет таких денег!
— Знаю.
— Тогда зачем ты это говоришь?
— Чтобы наконец услышать от тебя правду.
Виктор опустился на стул.