— Простите, а почему в договоре нет моего имени?
Я произнесла эту фразу совершенно спокойно. Даже улыбнулась.
Но после моих слов в кабинете агентства недвижимости наступила такая тишина, что стало слышно, как тикают настенные часы.
Муж резко отвёл взгляд.
Свекровь перестала поправлять жемчужное ожерелье.
А риелтор, который ещё минуту назад с энтузиазмом рассказывал о преимуществах загородной жизни, вдруг заинтересовался собственными ботинками.
— Верочка, ну зачем ты начинаешь? — первой заговорила свекровь. — Мы же одна семья!
Я посмотрела на неё.
3
— Именно поэтому и спрашиваю, Надежда Павловна. Если мы одна семья, почему половину стоимости дома оплачиваю я, а владельцами становитесь вы с моим мужем?
Муж заёрзал на стуле.
— Вера, давай только без сцен!
Я медленно положила договор на стол.
— Сцен не будет, Кирилл. Будут вопросы. И желательно честные ответы.
Чтобы понять, как мы оказались в этом кабинете, нужно вернуться на три года назад.
Тогда мой муж впервые заговорил о загородном доме.
— Представляешь, Вер, — мечтательно сказал он за ужином, — большой участок, терраса, мангал, сад. Утром выходишь с кофе, а вокруг тишина. Никаких соседей за стеной.
Идея мне понравилась.
Я тоже устала от городского шума. Хотелось иметь место, куда можно уехать на выходные, посадить цветы и просто наслаждаться жизнью.
Но была одна проблема.
Деньги.
Мне тогда исполнилось сорок шесть. Я работала финансовым менеджером в строительной компании и прекрасно знала, как быстро мечты превращаются в долги.
— Хорошо, — сказала я. — Только давай сначала накопим.
Кирилл охотно согласился.
Мы решили откладывать деньги каждый месяц.
Я переводила часть зарплаты на отдельный счёт, туда же отправляла премии и доходы от дополнительных проектов.
Муж заверил, что тоже будет копить.
— У меня своя система, — гордо говорил он. — Наличные надёжнее банков!
Я не спорила.
Хотя сейчас понимаю, что стоило хотя бы раз попросить показать результаты этой замечательной системы.
За три года на моём счёте оказалось пять миллионов рублей.
Я отказывала себе во многом.
Не поменяла машину, хотя старая постоянно требовала ремонта.
Отложила поездку в Италию, о которой давно мечтала.
Перестала покупать дорогие вещи.
Иногда мне казалось, что я слишком много жертвую ради будущего дома.
Но Кирилл умел красиво говорить.
— Всё это для нас, любимая. Представь, как мы будем счастливы!
И я представляла.
Пока однажды не выяснилось, что мой муж накопил всего триста восемьдесят тысяч.
— Остальное куда делось? — спросила я.
Кирилл пожал плечами.
— Машину ремонтировал, матери помогал, инструменты покупал. Ты же знаешь, сколько всего нужно.
Я знала.
Только почему-то все наши общие мечты оплачивались исключительно моими деньгами.
Именно тогда в дело вмешалась Надежда Павловна.
Моя свекровь была женщиной особенной.
Она никогда не повышала голос без необходимости. Ей достаточно было поджать губы и посмотреть так, будто собеседник совершил непростительное преступление.
Когда мы поженились, она заявила:
— Вера, надеюсь, ты понимаешь: жена может быть сегодня одна, завтра другая. А мать у мужчины навсегда.
Я тогда рассмеялась.
Думала, шутит.
Как оказалось, Надежда Павловна вообще редко шутила.
Узнав, что сыну не хватает денег на дом, свекровь неожиданно предложила помощь.
— У меня есть два миллиона, — объявила она за семейным ужином. — Добавлю вам. Остальное Кирилл возьмёт в кредит.
Я удивилась.
Раньше она жаловалась, что едва сводит концы с концами.
— Это очень щедро с вашей стороны, — сказала я.
Она довольно улыбнулась.
— Для родного сына ничего не жалко.
Тогда я ещё не обратила внимания на слово «родного».
Дом мы нашли быстро.
Двухэтажный, с большими окнами, деревянной террасой и небольшим садом.
Десять миллионов рублей.
Когда я впервые увидела фотографии, у меня действительно перехватило дыхание.
В гостиной стоял камин.
Из кухни открывался вид на сосны.
На втором этаже была светлая спальня с выходом на балкон.
— Вот здесь будет наша комната, — сказал Кирилл, обнимая меня за плечи.
Я улыбнулась.
Мне хотелось верить, что все усилия были не напрасны.
За день до сделки риелтор прислал предварительный договор.
Я внимательно его прочитала.
Всё было правильно.
Покупателями значились мы с мужем.
Доли — по одной второй.
Я спокойно легла спать.
А утром произошло нечто странное.
Кирилл неожиданно начал торопить меня.
— Вер, давай быстрее! Там всё готово, только подписи поставить и деньги перевести.
В машине он нервничал, постоянно поглядывал на телефон.
На мой вопрос, что случилось, ответил:
— Просто переживаю. Такая большая сделка!
Когда мы приехали в агентство, свекровь уже сидела за столом.
В новом костюме.
С дорогой сумочкой.
И с таким видом, словно дом давно принадлежал ей.