Мой коллега Андрей, который пришёл с женой, поднялся со стула.
— Сергей, подожди. Мы вам на первоначальные расходы дарили. Ты сам говорил, что собираетесь новую машину покупать.
— А какая разница?! — вспылил муж. — Моя мать тоже часть семьи!
— Тогда почему ты не спросил жену? — поинтересовался Андрей.
Сергей раздражённо выдохнул.
— Потому что я не обязан отчитываться!
Моя подруга Инна покачала головой.
— Катя, я специально валюту меняла, чтобы вы в свадебное путешествие поехали. Не знала, что финансирую чужой ремонт.
Раиса Петровна покраснела.
— Какие вы все жадные! Женщина всю жизнь сына растила, а вам жалко каких-то бумажек!
Тут поднялась моя тётя Вера.
Ей было семьдесят три года, и она редко вмешивалась в чужие споры.
— Раиса, — спокойно сказала она, — я тоже двоих сыновей вырастила. И ни разу не выставляла им счёт за детство.
В зале повисла тишина.
Свекровь открыла рот, но ничего не сказала.
Тётя Вера продолжила:
— Дети — не банковский вклад. Их растят не ради процентов.
Я почувствовала, как к горлу подступает комок.
Но Сергей решил окончательно продемонстрировать характер.
— Всё! Хватит! — закричал он. — Если вы такие мелочные, забирайте свои деньги обратно! Не нужны нам ваши подачки!
Он повернулся к матери.
— Мам, отдай конверты!
Раиса Петровна испуганно прижала сумку к груди.
— Серёженька, зачем? Не надо так горячиться!
— Отдай, говорю!
— Но мы же договорились!
— Мам!
Он потянул сумку за ручку.
Она вцепилась в неё обеими руками.
Несколько секунд мать и сын тянули её каждый в свою сторону.
И вдруг раздался треск.
Ручка оторвалась.
Сумка упала на пол.
Конверты рассыпались прямо под свадебный стол.
Несколько гостей ахнули.
А моя подруга Инна, не выдержав, громко произнесла:
— Вот это я понимаю — семейный бюджет треснул по швам!
Кто-то нервно рассмеялся.
Но Сергей уже не слышал.
Он сгреб конверты и бросил их на стол.
— Забирайте! Все забирайте! Если вам жалко для моей матери!
Он был уверен, что никто не посмеет.
Что люди смутятся, начнут оправдываться и обязательно откажутся брать подарки обратно.
Но первым подошёл дядя Николай.
— Мой конверт с голубой лентой.
Он спокойно взял его.
— Я хотел помочь племяннице начать новую семейную жизнь. А не оплачивать чужой санаторий.
За ним поднялась Инна.
— А мой с золотыми цветами.
Потом Андрей с женой.
Затем двоюродная сестра Сергея.
Один за другим гости забирали свои подарки.
Кто-то молча.
Кто-то с сожалением.
А некоторые даже с облегчением.
Через несколько минут на столе остались только поздравительные открытки.
Сергей смотрел на пустую скатерть так, будто не верил собственным глазам.
— Вы что… серьёзно всё забрали?
Инна пожала плечами.
— Ты же сам предложил.
— Я не думал, что вы действительно…
Он осёкся.
И в этот момент я впервые за вечер рассмеялась по-настоящему.
Потому что наконец поняла: передо мной мужчина, который привык рассчитывать на чужую уступчивость.
И совершенно не знал, что делать, когда ему говорят «нет».
— Катя, всё, хватит этого цирка! — Сергей схватил пиджак со спинки стула. — Поехали домой!
— Куда?
— Домой! В твою квартиру!
Я посмотрела на него.
— Серёжа, ты, кажется, кое-что перепутал.
— Что ещё?!
— Моя квартира — это мой дом. А ты сегодня туда не поедешь.
Он застыл.
— Ты шутишь?
— Нет.
— Мы шесть часов как женаты!
— Именно. И за эти шесть часов ты успел показать мне, какой будет наша семейная жизнь.
— Из-за денег?!
— Нет, Сергей. Из-за того, что ты решил распоряжаться нашими подарками за моей спиной. Из-за того, что считаешь моё мнение необязательным. И из-за того, что называешь уважение к себе непослушанием.
Он оглянулся на гостей.
— Вы слышите?! Она собирается разрушить брак в день свадьбы!
Тётя Вера тихо ответила:
— Не она его разрушила, сынок.
Эти слова почему-то разозлили его ещё сильнее.
— Да кому она нужна в сорок шесть лет?! — выкрикнул Сергей. — С квартирой своей, с характером! Я её замуж взял, а она нос воротит!
В зале стало мёртво тихо.
Я почувствовала, как внутри всё похолодело.
Значит, вот как он думал обо мне.
Не любимая женщина.
Не партнёр.
А одинокая владелица удобной квартиры, которой оказали великую честь.
Я медленно сняла обручальное кольцо.
Положила его на стол.
— Спасибо, Сергей.
Он растерялся.
— За что?
— За то, что сказал это сегодня. А не через десять лет.
Его лицо изменилось.
Впервые в глазах мелькнул настоящий страх.
— Катя, подожди. Я погорячился.
— Возможно.
— Ну ладно, давай спокойно поговорим дома.
— Нам не о чем говорить дома.
— Но я же люблю тебя!
— Любовь не начинается с унижения.
Он шагнул ко мне.
— Я всё исправлю! Деньги верну!
Я покачала головой.
— Ты до сих пор не понял. Дело не в сумме.
Раиса Петровна вскочила.
— Пойдём, Серёженька! Не унижайся перед ней! Найдём тебе нормальную женщину, которая будет мужа уважать!