В квартире было непривычно грязно.
На кухне громоздилась посуда, на столе лежали упаковки лекарств.
Из спальни раздался голос свекрови:
— Максим! Я просила чай! Ты слышишь?!
Муж вздрогнул.
— Сейчас, мама!
Потом снова посмотрел на меня.
— Я думал, это просто, — тихо сказал он. — Ну приготовить, помочь встать, таблетки дать…
Я молчала.
— А вчера у меня руки тряслись. Мама снова всю ночь не спала. Я не знал, что делать.
Он сглотнул.
— Марина, прости.
Впервые он произнёс это без привычного «но».
Я прошла в комнату за своими вещами.
И тут из спальни показалась Валентина Сергеевна.
Она опиралась на ходунки.
— Марина?
— Добрый день.
Свекровь внимательно посмотрела на мою сумку.
— Ты надолго приехала?
— Нет. Только вещи забрать.
Она побледнела.
— А кто же мне будет помогать?
Я спокойно ответила:
— Кристина и Максим. Они ваши дети.
— Кристина не может! — почти выкрикнула свекровь. — Она беременная, ей нельзя нервничать!
— Тогда Максим. Или сиделка.
— Но сиделка деньги просит!
Я посмотрела ей в глаза.
— Представляете, Валентина Сергеевна? Работа стоит денег.
Свекровь поджала губы.
— Значит, всё-таки из-за квартиры обиделась?
— Нет. Из-за того, что вы три года считали мою жизнь бесплатным приложением к вашей.
Она отвернулась.
Максим стоял у двери и не вмешивался.
Впервые.
Я уже собиралась уходить, когда раздался звонок.
На пороге появилась Кристина.
В дорогом светлом пальто, с аккуратной причёской и маленькой сумочкой.
Увидев меня, она остановилась.
— О, Марина. Наконец-то. А мы уж думали, ты совсем совесть потеряла.
Я ничего не ответила.
Кристина прошла на кухню и положила на стол какие-то бумаги.
— Мам, я тут узнала. Раз квартира теперь моя, можно её продать и купить нам с Артёмом жильё побольше.
Валентина Сергеевна нахмурилась.
— Как продать? А я где жить буду?
— Ну, мам, не начинай. Мы тебе хорошую комнату подберём. Или в частный пансионат оформим. Там специалисты, уход круглосуточный.
Максим резко поднял голову.
— Кристина, ты серьёзно?
— А что такого? Я беременная, мне с ребёнком нужна отдельная спальня. Вы же сами понимаете.
Свекровь медленно опустилась в кресло.
— Ты хочешь меня отсюда выселить?
— Мам, не драматизируй. Ты ведь сама подарила мне квартиру!
На кухне повисла тишина.
Та самая тишина, которую я помнила с праздничного обеда.
Только теперь никто не улыбался.
Валентина Сергеевна повернулась ко мне.
Губы её дрожали.
— Марина… Ты слышала?
Я кивнула.
— Слышала.
— Она хочет отправить меня в пансионат…
Кристина вспыхнула.
— Я предлагаю нормальное решение! Между прочим, пансионаты стоят дорого!
— А кто платить будет? — спросил Максим.
Кристина замялась.
— Ну… Можно часть денег от продажи оставить маме. Остальное нам на квартиру.
Я видела, как выражение лица свекрови постепенно менялось.
Она словно впервые смотрела на собственную дочь.
— Ты говорила, что будешь рядом, — прошептала она.
— Мам, я и буду! По телефону. Буду приезжать!
— Раз в воскресенье? С коробкой конфет? — неожиданно спросил Максим.
Кристина резко обернулась к брату.
— А ты вообще молчи! Ты сам на мать квартиру не заработал!
И тогда свекровь вдруг заплакала.
Не громко.
Без привычных жалоб и обвинений.
Просто сидела, закрыв лицо ладонями.
Я не испытывала радости.
Мне было горько.
Но возвращаться к прежней жизни я не собиралась.
Через несколько дней Максим позвонил мне.
На этот раз он говорил спокойно.
— Марина, я договорился с Галиной Петровной. Она снова приходит к маме. Мы с Кристиной будем оплачивать её работу пополам.
— Хорошо.
— И ещё… Я поговорил с мамой. Она решила обратиться к юристу и выяснить, что можно сделать с квартирой. Кристина торопит её с переездом.
— Это их вопрос, Максим.
Он вздохнул.
— Понимаю.
Потом помолчал и добавил:
— Я нашёл твою старую тетрадь. Ту, где ты расходы записывала.
Я замерла.
— И?
— Там не только расходы. Там твои заметки. «У Марины болит спина, но некогда к врачу». «Сегодня снова не спала». «Очень хочется хотя бы один свободный день».
Я закрыла глаза.
Совсем забыла про эти записи.
— Почему ты мне никогда не показывала, как тебе тяжело? — спросил Максим.
— Потому что я думала, что любящий человек и сам увидит.
Долгое молчание.
— Я был плохим мужем, — наконец сказал он.
Я не стала спорить.
— Марина, можно я приеду? Просто поговорить.
— Пока не надо.
И впервые мне не было стыдно за этот ответ.
Прошло четыре месяца.
Я сняла небольшую однокомнатную квартиру рядом с работой.
Светлую, с широким подоконником и маленьким балконом.
Купила новые сапоги.
Записалась к врачу.
Взяла отпуск, который откладывала пять лет.
А потом произошло то, чего я совсем не ожидала.
Однажды вечером в дверь позвонили.
На пороге стояла Галина Петровна.
В руках она держала небольшой бумажный пакет.