Он понял ошибку слишком поздно.
— Я не это имел в виду.
— Именно это.
Тамара уже собиралась уйти, когда из переговорной донёсся турецкий голос.
Она услышала слово:
Yorgunluk.
Усталость металла.
Потом:
Kaynak dikişi.
Сварной шов.
И ещё:
B-12.
Она замерла.
— Что у вас с узлом Б-12?
Денис нахмурился.
— Откуда вы…
— Что обсуждают?
— Технический блок.
— Я слышу.
— Это не ваше дело.
Она кивнула.
— Тогда удачи.
Сделала шаг.
И в этот момент из переговорной вышел седой турок с переводчиком.
— Господин Воронцов, — начал переводчик, — господин Арслан просит подтвердить, что дополнительная вибрационная нагрузка в узле Б-12 учтена с поправкой на работу подъёмного механизма.
Денис посмотрел через стекло на своих инженеров.
Молодой главный конструктор уверенно кивнул.
— Конечно учтена, — ответил Денис.
И тут Тамара сказала:
— Нет.
Все повернулись.
Денис побледнел.
— Что?
— Если речь о том Б-12, который на схеме северной опоры, то нет.
Главный конструктор уже вышел в коридор.
— Простите, а вы кто?
Тамара не посмотрела на него.
— У вас вибрация от подъёмного механизма учтена как равномерная. Но она циклическая. При ветре с восточного направления появляется дополнительный резонанс.
Конструктор усмехнулся.
— Женщина, вы вообще понимаете, о чём говорите?
Она впервые посмотрела на него.
— К сожалению, понимаю.
Господин Арслан что-то быстро сказал по-турецки.
Переводчик запутался.
Тамара вдруг ответила сама.
На чистом, хотя слегка старомодном турецком:
— Eğer bu bağlantıyı bu şekilde bırakırsanız, ilk yıllarda hiçbir sorun görmezsiniz. Sonra kaynak çevresinde ince çatlaklar başlar.
Если оставить узел в таком виде, первые годы проблема не проявится. Потом вокруг сварных швов пойдут микротрещины.
Тишина.
Переводчик медленно опустил блокнот.
Арслан внимательно посмотрел на неё.
— Siz mühendis misiniz?
Вы инженер?
Тамара хотела сказать:
«Была».
Но вместо этого ответила:
— Evet.
Да.
Денис смотрел на неё совершенно иначе.
— Как вас зовут?
— Тамара Крылова.
Главный конструктор вдруг побледнел.
— Крылова?
Она посмотрела на него.
— Знакомая фамилия?
Ещё бы.
В профессиональной среде историю Тамары знали.
Одни считали её скандалисткой.
Другие — человеком, которого убрали за принципиальность.
Арслан разложил чертежи прямо на стойке.
— Покажите, — попросил он.
Тамара сняла перчатки.
Подошла.
Увидела линии.
Размеры.
Сечения.
И будто вернулась домой.
— Вот.
Она провела пальцем.
— Здесь динамическая нагрузка переведена в статическую слишком грубо.
Листнула страницу.
— А здесь вообще нет нормального расчёта температурного перепада.
Главный конструктор вмешался:
— Это предварительная версия.
Тамара повернулась к нему.
— Предварительная версия не должна лежать на столе перед людьми, которые собираются подписывать контракт.
Арслан коротко сказал:
— Она права.
Денис медленно посмотрел на своего инженера.
— Егор, это правда?
— Денис Олегович, там всё в допуске.
— Я спросил другое.
Молодой мужчина опустил глаза.
И этого оказалось достаточно.
Денис мгновенно изменился.
— Подписание остановить.
Все зашевелились.
— Денис Олегович…
— Я сказал остановить.
Он вызвал техническую службу.
Юристов.
Внутренний аудит.
Турецкая делегация осталась.
А потом Денис повернулся к Тамаре.
— Вы останетесь.
— У меня смена.
— Теперь у вас другая работа.
— Не торопитесь.
— Я не тороплюсь. Я только что чуть не подписал проект с потенциально опасной ошибкой.
Он посмотрел на её швабру.
— А человек, который это заметил, собирается дальше мыть пол.
Тамара горько усмехнулась.
— Такое бывает чаще, чем вы думаете.
Через час она сидела за столом переговорной.
Не как жена директора.
Не как уборщица.
Как инженер.
Для неё срочно привезли простой костюм.
Но она отказалась от косметолога, украшений и всего остального.
— Я сюда не на свидание пришла.
До трёх часов ночи они пересчитывали узел.
Ошибок оказалось больше.
Не катастрофических.
Но достаточных, чтобы через несколько лет мост начал требовать аварийного ремонта.
Подписание отложили.
Главного конструктора временно отстранили.
Под утро господин Арслан подошёл к Тамаре.
— Вы спасли не контракт.
Она посмотрела на него.
— А что?
— Людей, которые однажды поедут по этому мосту.
Тамара отвела взгляд.
— Я просто увидела ошибку.
— Многие видят.
Он покачал головой.
— Мало кто говорит.
На следующий вечер Тамара снова пришла на работу.
С ведром.
Охранник на входе вскочил.
— Тамара Андреевна, вас наверху ждут.
— Кто?
— Воронцов.
Она поднялась.
Денис стоял у окна.
На столе лежал договор.
— Я выяснил вашу историю.
— Зря.
— Нет.
Он повернулся.
— Мост, из-за которого вас уволили, через год закрыли.