Трубы с фитингами — около девяти.
Работа — максимум пять.
Остальное Вадим собирался вернуть Игорю наличными.
Но даже это было не самым неприятным.
Чуть выше я увидела сообщение мужа:
«Отменяй пока всё. Пусть Маринка выходные без воды посидит. Потом скажу, что ты сделал скидку, и она сама согласится. Надо иногда показывать женщине, кто решает».
Я прочитала дважды.
Шерлок что-то тихо бормотал в комнате.
У меня внутри медленно поднималась волна.
Не ярости.
Хуже.
Разочарования.
Можно простить человеку глупость.
Можно простить тщеславие.
Но когда твой муж специально создаёт тебе проблему, чтобы потом эффектно тебя от неё спасти…
Это уже не помощь.
Это спектакль.
Причём за твои же деньги.
— Значит, учим меня жизни? — тихо сказала я.
Шерлок тут же отозвался:
— Учим! Учим!
Я закрыла переписку.
Открыла поисковик.
— Хорошо.
Через полтора часа у меня был новый поставщик.
Через два — мастер.
Его звали Семён Петрович.
Я нашла его по рекомендациям соседей.
— Насос сначала смотреть надо, — сказал он по телефону. — Чего его сразу менять?
— Муж сказал, что он умер.
— Ваш муж мастер?
— Нет.
— Тогда пока жив пациент.
Мне Семён Петрович понравился уже по телефону.
Он приехал следующим утром.
Невысокий мужчина лет шестидесяти, в выцветшей кепке.
Осмотрел насос.
Попросил отвёртку.
Открутил крышку.
Минут через семь посмотрел на меня.
— А кто сказал, что ему конец?
— Муж.
— Мужу передайте: пусть людей так не хоронит.
— А что случилось?
— Контакт окислился. Сейчас почистим.
Я моргнула.
— И всё?
— Ещё реле лучше заменить. Тысячи полторы.
— А новый насос?
— Зачем?
— Мне сказали…
Он махнул рукой.
— Новый можете купить. Красивый будет. Этот тоже ещё года три отработает.
Я засмеялась.
— Семён Петрович, а трубы?
— Где?
Я показала.
Он минут двадцать ходил вокруг дома.
— Два фитинга заменить. И кусок трубы метра три.
— Мне насчитали почти пятьдесят тысяч.
Мастер снял кепку.
Почесал голову.
— Может, вам трубы золотые предлагали?
— Видимо.
В итоге весь ремонт обошёлся в восемь тысяч триста рублей.
Вместе с материалами.
К обеду вода шла так, что я даже полила грядки.
Семён Петрович выпил чай, забрал старое реле и сказал:
— Хорошая у вас система.
— Муж говорил, всё разваливается.
— Мужчины иногда любят чинить то, что ещё не сломалось.
Он уже собрал инструменты, когда Шерлок закричал из комнаты:
— Мужик! Сорок семь!
Семён Петрович остановился.
— Что он сказал?
— Ничего.
— Сорок семь! Маме скажи! Маринка приползёт!
Мастер медленно повернулся ко мне.
Я закрыла лицо рукой.
Семён Петрович молчал секунд пять.
Потом сказал:
— Понятно.
— Что понятно?
— Семейная смета.
И ушёл, смеясь.
В воскресенье утром позвонила свекровь.
— Марина?
— Да, Зоя Михайловна.
— Вы там как?
Голос был настолько сладким, что чай можно было не сахарить.
— Прекрасно.
— Водички нет?
— Почему же.
Пауза.
— То есть?
— Есть.
— Как есть?
— Из крана.
Ещё пауза.
На заднем плане я услышала голос Игоря:
— Что она говорит?
Зоя Михайловна прикрыла трубку, но неудачно.
— Говорит, вода есть.
— Не может быть.
Я улыбнулась.
— Передайте Игорю, что может.
Свекровь прокашлялась.
— Ну… значит, сам починился.
— Конечно.
— Мы вечером заедем.
— Буду рада.
Я отключилась.
Шерлок посмотрел на меня.
— Маме скажи!
— Скажем, Шерлок. Обязательно скажем.
В шесть часов калитка открылась.
Первой вошла Зоя Михайловна.
За ней Игорь.
По выражению их лиц я поняла: они всю дорогу репетировали.
Свекровь начала ещё с дорожки:
— Ну что, Мариночка, тяжело было одной?
— Совсем нет.
Она чуть сбилась.
— Игорёк сказал, вода поломалась.
— Вода не ломается, Зоя Михайловна.
— Ну ты поняла.
Игорь быстро оглядел участок.
Увидел шланг.
Увидел мокрую землю возле грядок.
Увидел ведро, полное воды.
Его лицо изменилось.
— Ты что сделала?
— Полила помидоры.
— Я не про это.
Он подошёл к крану.
Открыл.
Струя воды ударила с таким напором, что забрызгала ему брюки.
Шерлок, сидевший возле открытого окна, торжественно объявил:
— Вода пришла!
Я прыснула.
Зоя Михайловна поджала губы.
— Кто ремонтировал?
— Мастер.
Игорь резко повернулся.
— Какой мастер?
— Хороший.
— Я же сказал тебе никого не вызывать!
— Ты сказал, что уезжаешь.
— Потому что хотел, чтобы ты сама поняла!
— Я поняла.
— Что?
— Что сама прекрасно справляюсь.
Шерлок радостно поддержал:
— Сама! Сама!
Игорь покраснел.
— Марина, ты вообще понимаешь, что тебя могли обмануть?
— Понимаю.
Я пошла на веранду.
На столе уже лежала папка.
Игорь увидел её и замолчал.
— Вот поэтому я всё проверила.
Я достала первый лист.
— Твоя смета: сорок семь тысяч.
Зоя Михайловна округлила глаза.