— Ген, когда жена не работает, ты говоришь: «Я тебя содержу». Когда она начинает зарабатывать, ты говоришь: «Значит, могла раньше». У тебя в любой версии виновата жена.
— Не переводи!
— Я не перевожу.
Геннадий тяжело дышал.
Потом неожиданно сменил тон.
— Наташ…
Она насторожилась.
Этот голос она знала.
Таким он становился, когда ему что-то было нужно.
— Может, увидимся?
— Зачем?
— Поговорим.
— О чём?
— Да обо всём. Столько лет вместе.
— Гена.
— Что?
— Ты же счастлив с Юлей.
Тишина.
— Мы разошлись.
— Понятно.
— И всё?
— А что я должна сказать?
— Ну не знаю!
Он сорвался:
— Тебе вообще всё равно?!
Наталья подумала.
— Да.
И именно это слово добило его окончательно.
— Да кем ты себя возомнила?!
— Никем.
— Я тебя двадцать один год кормил!
— А я двадцать один год обслуживала твой быт.
— Это не работа!
— Тогда странно, что после моего исчезновения тебе пришлось нанять уборщицу.
Он замолчал.
Наталья улыбнулась.
— Откуда знаешь?
— Город маленький.
— Юля сказала?!
Вот теперь Наталья тоже замолчала.
Геннадий почувствовал.
— Подожди.
Голос стал тихим.
— Ты общалась с Юлей?
— Она была у меня.
— Зачем?
— По работе.
— Какой ещё работе?
— По поводу твоей квартиры.
В трубке стало мёртво тихо.
— Наташа…
— Что?
— Что она тебе рассказала?
— Это информация клиента.
— Я твой муж!
— Бывший.
— Наташ!
— Геннадий, у меня через несколько минут приём.
— Стой!
Она уже хотела отключиться.
Но он вдруг произнёс:
— Мне тоже нужна твоя помощь.
Наталья нахмурилась.
— Какая?
Пауза.
И впервые за двадцать два года она услышала в голосе Геннадия настоящий страх.
— По недвижимости.
Наталья села обратно.
— Что произошло?
Он долго молчал.
А потом сказал:
— Помнишь дом моего отца?
— В деревне?
— Да.
— Помню.
— Я его продал.
— И?
— Тут проблема.
— Какая?
Геннадий сглотнул.
— Кажется, я продал не только свою долю.
Наталья выпрямилась.
— В смысле?
— Наташ… там документы появились.
— Какие документы?
— На твоё имя.
У неё похолодели руки.
— Моё имя тут при чём?
— Я не знал, честно.
— Что именно ты не знал?
За дверью кабинета уже сидел следующий клиент.
Но Наталья его больше не слышала.
Геннадий заговорил совсем тихо:
— Оказывается, мой отец за год до смерти оформил часть дома не на меня.
— А на кого?
Пауза.
— На тебя.
Наталья закрыла глаза.
— Геннадий…
— Я правда не знал!
— Ты продал дом, не проверив документы?
— Я думал…
— Это я уже слышала.
Он задышал чаще.
— Наташ, покупатель требует деньги обратно. Там серьёзная сумма. Юля тоже требует свои деньги. Я…
Он осёкся.
Наталья молчала.
А потом Геннадий произнёс именно те слова, которых она когда-то ждала целый год.
Только теперь они уже ничего для неё не значили.
— Наташа… помоги мне.
Она посмотрела на табличку на столе:
Наталья Лебедева. Юрист.
И вспомнила другую фразу.
«Ты ничего не умеешь».
«Без меня месяца не протянешь».
«Потеряла единственного кормильца».
Наталья медленно открыла ежедневник.
— Хорошо.
Геннадий шумно выдохнул.
— Правда?!
— Конечно.
Она перевернула страницу.
— Ближайшее свободное время — следующий четверг, четырнадцать тридцать.
Молчание.
— Наташа, ты издеваешься?
— Нет.
— Я твой бывший муж!
— Именно.
— Мне срочно!
— У всех срочно.
— Но…
— Возьми все документы. Договор продажи, старые свидетельства, выписки, документы отца.
Она сделала запись.
Четверг. 14:30. Соколов Геннадий Аркадьевич.
— И ещё, Гена.
— Что?
— Консультация платная.
Он ничего не ответил.
Наталья положила трубку.
За дверью ждал новый клиент.
Она встала, открыла.
— Проходите.
Но женщина в коридоре почему-то не двигалась.
Она смотрела Наталье за спину.
Та обернулась.
На пороге кабинета стояла Алина.
Её дочь.
Бледная.
С какой-то папкой в руках.
— Мам…
— Ты чего? Что случилось?
Алина вошла и закрыла дверь.
— Папа тебе звонил?
— Только что.
Дочь медленно положила папку на стол.
— Тогда он ещё не всё рассказал.
Наталья посмотрела на документы.
— О чём?
Алина подняла глаза.
— Этот дом дедушка оформил не только на тебя.
— А на кого ещё?
— На меня.
Наталья застыла.
— Откуда у тебя это?
— Сегодня позвонил нотариус.
— Почему мне никто не звонил?
Алина помолчала.
— Потому что, мам…
Она открыла папку.
— Судя по этим документам, папа знал о наших долях ещё до продажи.
Наталья почувствовала, как внутри всё холодеет.
— Что значит «знал»?
Дочь молча достала последний лист.
Положила перед ней.
Внизу стояла подпись.
Подпись, очень похожая на Натальину.
Только Наталья никогда её не ставила.