— Завтра в десять будь готова. Едем к нотариусу, — сообщил муж, даже не поздоровавшись.
Я стояла у плиты и помешивала соус. За окном моросил дождь, на кухне пахло запечённым мясом, а в духовке доходил его любимый пирог.
— К какому нотариусу, Роман?
— Мама договорилась. Нужно кое-что оформить.
Он произнёс это таким будничным тоном, словно речь шла о замене счётчика.
— Что именно?
Роман раздражённо выдохнул.
— Полина, ну сколько можно задавать вопросы? Нужно временно перевести твои накопления на маму. Через месяц всё вернём.
3
Я медленно выключила плиту.
— Какие накопления?
Муж посмотрел на меня так, будто я специально притворялась непонятливой.
— Семь миллионов. Те, что у тебя на вкладе.
На несколько секунд кухня погрузилась в тишину.
— Ты предлагаешь отдать твоей матери семь миллионов рублей?
— Не отдать, а временно оформить! — повысил голос Роман. — У неё возникли сложности с одной сделкой. Нужно показать наличие средств. Потом всё вернётся. Мама обещала.
— А почему для этого нужны мои деньги?
— Потому что мы семья!
Он ударил ладонью по столу.
— Я думал, ты нормальная жена, а не бухгалтер, который считает каждую копейку!
Я ничего не ответила.
Просто смотрела на человека, с которым прожила одиннадцать лет, и впервые замечала, как уверенно он распоряжается тем, чего никогда не зарабатывал.
Семь миллионов.
Для Романа это была цифра на экране банковского приложения.
Для меня — восемь лет жизни.
Меня зовут Полина. Мне тридцать девять лет.
Я работаю финансовым аналитиком в строительной компании. Никогда не получала баснословных зарплат, зато умела обращаться с деньгами.
Я откладывала премии, брала дополнительные проекты, отказывалась от дорогих отпусков. Часть накоплений появилась после продажи небольшой дачи, доставшейся мне от мамы.
Мама умерла шесть лет назад.
Продавать её дачу было больно. Там всё напоминало о детстве: яблоня возле калитки, старая веранда, голубые ставни, которые папа красил каждую весну.
Но содержать дом стало слишком дорого.
В тот день, когда я подписала договор продажи, я пообещала себе, что эти деньги никогда не исчезнут на чужие капризы.
Я мечтала купить небольшой дом у озера. Не роскошный особняк, а место, где можно выращивать цветы, читать по вечерам и не слушать бесконечных чужих претензий.
Роман о моей мечте знал.
Более того, когда-то обещал помогать.
Но постепенно его участие закончилось, а моя мечта почему-то стала называться «нашими лишними деньгами».
Особенно после того, как о накоплениях узнала его мать.
Тамара Павловна была женщиной особенной.
Она умела войти в чужую квартиру и за пять минут объяснить хозяйке, почему та неправильно живёт.
— Полечка, ты опять купила дорогой кофе? Лучше бы сыну хорошие рубашки покупала.
— Полечка, у тебя холодильник пустоват. Мужчину кормить нужно!
— Полечка, зачем тебе новая куртка? Старая ещё приличная.
При этом свекровь совершенно не стеснялась просить у сына деньги на свои нужды.
Роман помогал ей постоянно.
То менял телевизор, то оплачивал поездку на море, то покупал мебель.
Я никогда не возражала против разумной помощи.
Но однажды заметила странную вещь.
Когда деньги требовались его матери, они считались семейными.
Когда мне хотелось потратить что-то на себя, они внезапно становились исключительно моими.
И вот теперь Тамаре Павловне понадобились все мои сбережения.
Вечером я спросила мужа:
— Покажи, пожалуйста, документы по маминой сделке.
Роман нахмурился.
— Какие ещё документы?
— Если ей нужно подтвердить наличие средств, наверняка существует договор. Я хочу понять, для чего переводятся деньги.
— Ты ей не доверяешь?
— Я хочу знать, что подписываю.
— Вот поэтому мама тебя и не любит! — выпалил он.
Эта фраза прозвучала неожиданно.
Раньше Роман хотя бы делал вид, что между нами всё хорошо.
— Значит, она меня не любит? — тихо переспросила я.
Муж отвёл глаза.
— Я не это имел в виду.
— А что?
— Господи, Полина, ты из всего делаешь трагедию!
Он вышел из кухни, хлопнув дверью.
Через несколько минут я услышала его телефонный разговор.
— Мам, всё нормально. Немного сопротивляется… Да, завтра привезу… Конечно, подпишет.
Последние слова заставили меня замереть.
Не «надеюсь, согласится».
Не «попробуем обсудить».
А именно: «подпишет».
Они уже всё решили.
Без меня.
На следующее утро Роман был необычайно внимателен.
Приготовил кофе, принёс мой любимый сыр, даже поинтересовался, хорошо ли я спала.
Я смотрела на него и пыталась вспомнить, когда он последний раз делал что-нибудь подобное без скрытой причины.
— Ну что, поехали? — спросил он.
— Поехали.
Муж облегчённо улыбнулся.
Наверное, решил, что я наконец стала удобной.
Тамара Павловна ждала нас возле нотариальной конторы.
На ней было новое светлое пальто, в руках — дорогая кожаная сумка.