В тот вечер Вера искала всего лишь зарядку от телефона.
Она выдвинула верхний ящик комода, перебрала старые квитанции, коробочку с пуговицами, несколько чеков и вдруг заметила плотный белый конверт.
На нём не было ни её имени, ни подписи.
Только печать нотариальной конторы.
Вера уже хотела положить конверт обратно, но увидела знакомый адрес.
Адрес своей квартиры.
Той самой квартиры, которую пятнадцать лет назад ей оставила бабушка.
Вера достала бумаги.
3
Прочитала первую страницу.
Потом вторую.
Вернулась к первой.
«Соглашение о передаче доли…»
Она почувствовала, как похолодели пальцы.
В документе стояло имя её свекрови — Лидии Аркадьевны.
А ниже красовалась подпись мужа.
Максима.
Вера несколько секунд просто смотрела на лист.
Потом тихо произнесла:
— Нет…
Из кухни донёсся голос:
— Верочка! Иди ужинать! Котлеты остывают!
Вера медленно сложила документы точно так же, как они лежали.
Лидия Аркадьевна жила у них четвёртый месяц.
Сначала сказала, что приехала всего на неделю — помочь после ремонта.
Потом заболела спина.
Потом в её доме якобы прорвало трубу.
Потом ей стало «одиноко возвращаться».
Через месяц она уже переставила посуду на кухне.
Через два выбросила любимое кресло Веры, потому что оно «старило комнату».
А неделю назад заявила:
— Странно, конечно, что Максим здесь как квартирант. Мужчина должен чувствовать себя хозяином.
Тогда Вера только усмехнулась.
Теперь ей было не до смеха.
Она вошла на кухню.
Свекровь сидела во главе стола.
Максим ещё не вернулся.
— Что ты такая бледная? — спросила Лидия Аркадьевна.
— Голова болит.
— От вашей работы у всех голова заболит. Женщине вообще вредно постоянно думать о деньгах.
Вера посмотрела на неё.
Ей хотелось положить бумаги прямо на стол.
Закричать.
Потребовать объяснений.
Но вместо этого она спокойно спросила:
— А вы надолго у нас?
Свекровь замерла всего на секунду.
— А я вам мешаю?
— Я просто спросила.
— Пока Максим меня не попросит уехать, я останусь.
Вот тогда Вера поняла главное.
Свекровь чувствовала себя здесь не гостьей.
Она уже считала эту квартиру своей.
Максим пришёл около десяти вечера.
Только открыл дверь, как Вера сказала:
— На кухню.
Он посмотрел на жену и сразу насторожился.
— Что случилось?
— Сейчас узнаешь.
Лидия Аркадьевна появилась в коридоре почти мгновенно.
Будто ждала.
Вера положила документ на стол.
Максим побледнел.
Этого было достаточно.
— Значит, ты знал.
— Вер, послушай…
— Ты знал?
— Я хотел тебе рассказать.
— Когда? После того как твоя мать продала бы свою «долю»?
— Что за глупости! — вмешалась Лидия Аркадьевна. — Никто ничего продавать не собирается!
Вера повернулась к ней.
— Тогда зачем вам треть моей квартиры?
Свекровь выпрямилась.
— Потому что я тоже сюда вложилась!
— Во что?
— В ремонт! Я плитку покупала.
— Две коробки.
— Шторы!
— Вы подарили их Максиму на день рождения.
— Я мастерам обеды носила!
Вера несколько секунд молчала.
Потом неожиданно рассмеялась.
— Значит, за две коробки плитки и кастрюлю супа вам полагается треть квартиры?
Лидия Аркадьевна покраснела.
— Не передёргивай! Мы семья!
— Семья не оформляет документы тайком.
Максим тяжело вздохнул.
— Вера, мама просто хотела гарантий.
— Каких гарантий?
Он не ответил.
И тогда Вера вдруг поняла.
— Вы боялись, что я с тобой разведусь.
Муж отвёл глаза.
— Мама сказала, что сейчас всякое бывает…
— И ты решил заранее забрать часть моей квартиры?
— Не забрать!
— А что тогда?
— Защитить семью.
Вера медленно кивнула.
— Семью.
Это слово вдруг прозвучало особенно мерзко.
Она посмотрела на человека, с которым прожила шесть лет.
Максим никогда не повышал на неё голос.
Не изменял.
Не пропивал деньги.
Но теперь Вера поняла: всё это время рядом с ней просто жил мужчина, который принимал решения только после разговора с матерью.
Отпуск — куда хотела мама.
Машина — какую советовала мама.
Ремонт — какой нравился маме.
И теперь квартира.
— Хорошо, — сказала Вера. — Завтра поговорим.
Свекровь удивилась.
Она явно ожидала скандала.
— И всё?
— И всё.
Ночью Вера почти не спала.
А в шесть утра позвонила своей подруге Алине, которая много лет работала с недвижимостью.
Через два часа они сидели в небольшом кабинете юриста.
Тот долго изучал документы.
Потом поднял голову.
— Вы ничего не подписывали?
— Нет.
— Доверенность мужу давали?
— Никогда.
— Тогда у меня для вас два вопроса. Первый: откуда у них вообще появился этот документ? Второй: зачем он спрятан дома, если сделка якобы уже состоялась?
Вера нахмурилась.
— Вы хотите сказать…
— Я хочу сказать, что сначала нужно проверить, существует ли такая регистрация вообще.
Через несколько часов выяснилось неожиданное.
Никакой зарегистрированной доли у Лидии Аркадьевны не было.