— У меня завтра ремонт начинается. Рабочие всё разнесут, так что поживу у вас. Дней десять. Ну, максимум месяц.
С этими словами Вероника вкатила в нашу прихожую чемодан размером с холодильник.
Я медленно отложила портновские ножницы.
До этого момента вечер был спокойным.
На столе лежал дорогой шёлк, который я раскраивала для клиентки.
В духовке запекалась рыба.
В квартире пахло кофе и ванильной свечой.
А потом входная дверь хлопнула — и вместе с ней в мою жизнь въехала сестра мужа.
3
За Вероникой стоял Игорь.
Мой муж.
Он почему-то очень внимательно разглядывал стену.
— Игорь?
Я приподняла бровь.
Он кашлянул.
— Оль, ну… форс-мажор.
— Какой?
— У Ники трубы меняют.
Вероника уже разувалась.
Причём мои туфли она просто отодвинула ногой.
— Там кошмар будет. Пыль, рабочие, шум. Я с таким вообще не могу.
— А гостиница?
Она посмотрела на меня с искренним удивлением.
— Зачем платить, если есть семья?
Я перевела взгляд на мужа.
— Игорь?
— Оль, ну не на улицу же её выгонять.
Интересно.
Я ещё ничего не сказала.
Но меня уже назначили человеком, который «выгоняет сестру на улицу».
Вероника тем временем осматривала квартиру.
— Я тогда в гостевой.
— У нас нет гостевой.
Она махнула рукой.
— Ну, в той комнате, где у тебя ткани.
Я улыбнулась.
— Это моя мастерская.
— Ой, Оля, ну ты же можешь пару недель поработать в спальне.
— Нет.
Вероника замолчала.
Кажется, первого «нет» она не ожидала.
— Тогда диван.
— Вот диван можно.
Она недовольно поджала губы.
— У меня от дивана спина болит.
— У меня от чужой наглости тоже иногда начинает.
Игорь нервно засмеялся.
— Девочки, давайте без этого.
Я посмотрела на него.
— Без чего?
Он сразу отвёл глаза.
И тогда я впервые почувствовала неприятное подозрение.
Слишком уж спокойно он относился ко всему происходящему.
Но устраивать разборки в прихожей я не стала.
Ну ремонт.
Ну сестра.
Пара дней.
Переживём.
Как же я ошибалась.
Уже на следующее утро ванная перестала быть нашей.
Раковину окружили банки.
Кремы.
Тоники.
Сыворотки.
Маски.
Какие-то флаконы с надписями на корейском.
Моя косметичка оказалась сдвинута в самый угол.
А вечером я заметила, что моя дорогая сыворотка для лица почему-то стала заметно легче.
— Вероника, ты брала мою сыворотку?
— Какую?
— Вот эту.
Она посмотрела.
— А, эту? Один раз попробовала.
— Не бери больше.
Она удивилась.
— Почему?
— Потому что она моя.
— Господи, Оля. Там две капли.
— Именно. И обе мои.
Она закатила глаза.
Игорь сидел в комнате и смотрел телевизор.
Он слышал разговор.
Я специально посмотрела на него.
Он не повернул головы.
На третий день стало веселее.
Я вернулась с работы и услышала смех.
На кухне сидела Вероника.
И две её подруги.
На столе стояли бутылки вина.
Тарелки.
Коробки с роллами.
Мой сыр, который я берегла к годовщине родителей, был нарезан кубиками и лежал среди винограда.
— О, Оль! — радостно сказала Вероника. — Ты вовремя.
— Для чего?
— Мы уже уходим. Посуду потом закинешь в машинку, ладно?
Я посмотрела на раковину.
Там стояло столько грязных тарелок, будто у нас прошёл корпоратив.
— Нет.
Подруга Вероники замолчала.
— Что «нет»?
— Не закину.
Она усмехнулась.
— Ты что, обиделась?
— Нет.
Я взяла пластиковый таз.
Собрала туда всю грязную посуду.
Подруги наблюдали.
Вероника тоже.
— Оля, ты чего?
— Ничего.
Я отнесла таз в комнату.
И поставила прямо на её застеленную кровать.
— Вот теперь он точно дождётся хозяйку.
Подруги быстро засобирались.
Вероника покраснела.
— Ты вообще нормальная?!
— Абсолютно.
— Игорь вечером узнает!
— Обязательно расскажи.
Вечером Игорь действительно пришёл ко мне.
— Оль, ну зачем ты так?
— Как?
— Таз на кровать.
— А куда мне было поставить её посуду?
— В посудомойку.
— Почему?
Он растерялся.
— Ну… тебе что, трудно?
Вот оно.
«Трудно».
Любимое слово людей, которые хотят получить бесплатную услугу.
— Игорь, мне нетрудно. Я просто не хочу.
— Она гостья.
— Кто её пригласил?
Он помолчал.
— Ну я.
— Тогда обслуживай.
— Оль…
— Что?
Он раздражённо провёл рукой по волосам.
— Потерпи немного.
Я посмотрела на него.
— Сколько?
— Пока ремонт не закончится.
— Хорошо.
Я тогда ещё не знала, что никакого ремонта не существует.
Правда нашла меня сама.
На пятый день позвонила свекровь.
Галина Борисовна никогда не ходила вокруг да около.
— Оля, здравствуй.
— Добрый вечер.
— Моя дочь ещё вас не довела?
Я усмехнулась.
— Работаем над этим.
— Сильно мешает?
— Ремонт есть ремонт.
В трубке повисла тишина.
— Какой ремонт?
Я замерла.
— У Вероники.
Свекровь тяжело выдохнула.
— Вот же…
— Что?
— Оль, нет у неё никакого ремонта.
Я села.