Откровения дочери о ее детских размышления и понимании взрослых, меня несколько поразили. Будучи еще совсем маленько она хотела, чтоб мы с женой всегда были вместе и никогда не расставались. Затем был период, во время которого она уже не находила наши отношения столь крепкими и теплыми, даже думала, что врозь нам будет лучше. Но в итоге, уже взрослая дочь подытожила искренне радуясь тому факту, что мы все же смогли сохранить семью без потерь.
Наша с Керри увлеченность друг другом сменилась постоянными упреками, ссорами, скандалами. Никто не понимал, что происходит с нами, где подевались те две романтичные и влюбленные натуры. Я большое время проводил со своими мыслями и написанием книги, жена не имела столько свободы и это ее злило. Даже когда мы уже крепко стояли на ногах и были вполне обеспеченной парой, война двух противоположностей никак не прекращалась. О тишине и покое оставалось только мечтать. Моим спасением стало мировое турне в поддержку вышедшей к печати книги, которое могло создать между нами временную преграду. Но даже и этот факт не избавил меня от мысли, что наш брак исчерпал себя и развода не избежать.
Последняя капля терпения была выпита именно в момент нашей временной разлуки. разговор по телефону перешел на резкие тона и закончился грубыми фразами, а затем жена и вообще бросила трубку. В тот день я был уверен, что первым моим шагом будет поход в загс, терпеть больше не было сил.
Я не знал куда бежать и где искать спасение. Единственным доступным выходом было попросить помощи у Бога. Я уже не сдерживал ни крика ни эмоций, весь поток из глубины заглушала вода, текущая из душа в отеле Атланты. Я пытался понять суть наших отношений, найти объяснение происходящему. Ведь я женился добровольно и считал этого человека самым лучшим, близким и родным. Но что случилось сейчас? Ведь моя жена не плохая женщина, что могло с ней случится? Может это я что-то не так делаю? Как нам найти компромисс? Почему она себя так ведет? Может наш брак был обречен с самого начала? Когда мы так обесценились Единственное, что в этот момент я ощущал — это злость и ярость. Они не давали мне ответы на поставленные вопросы, но четко твердили о необходимости разрыва отношений, что приносило мне еще большее огорчение.
Вся моя злость в итоге изменилась отчаянием, которое, как прискорбно это осознавать, настолько меня ослабило, что единственным изречением оказались слезы. Да, я просто опустился на кафель в душевой, извергая громкие рыдания и неимоверный крик. далее была молитва, которая сопровождалась слезами и обрывками воспоминаний о нашем прошлом. Я пытался понять, почему моя женщина не хочет меняться, уступать и налаживать отношения? Когда наступил этот переломный момент? И снова молитва и слезы, много слез……
Утро началось с дороги домой, которая также сопровождалась увлеченной молитвой и страхом предстоящей встречи. Больше всего меня пугал холод и безразличие моей Керри. Я решил, что должен сделать первый шаг, попробовать как-то изменится самому, но пока не знал каким будет мое действие. Эта ночь была холодной, а жена чужой. Мы просто молча легли, без прикосновения и разговоров, мысли не давали уснуть, все куда-то уносили и возвращали сознание.
Именно в тогда я и осознал, что и как следует делать. Утренняя решимость, поразила даже меня самого. Я был уверен в успехе, поэтому начал действовать незамедлительно.
3
Когда жена проснулась, моей первой фразой был вопрос о том, что могу для нее сделать, чтоб ее день был светлее и счастливей, на что получил грубый ответ, что-то вроде отстань, она не верила в искренность моих слов и восприняла их как циничную насмешку. А что еще я мог ожидать? Но решение было принято и я был намерен действовать. Я попытался убедить ее, что мне действительно это важно и я не отступлю. Тогда она, легко отбросив одеяло, сказала, чтоб я занялся уборкой на кухне, думая, что именно здесь вся моя напористость и закончиться. Но двигатель уже работает и остановить его было невозможно. Уборка закончилась успешно, но на этом было рано останавливаться.
Следующий наш совместный день начался с аналогичного вопроса. Но сегодня Керри уже не была так категорична и сказала, что наш гараж требует, чтоб в нем наконец-то навели порядок. Этот ответ едва позволил мне сдержать нахлынувшие эмоции. Предстоящий день и без того сулил много забот, но семья была важнее. Мой тяжелый вздох был воспринят, как отрицание, но следующие несколько часов были монотонными и целеустремленный я тщательно раскладывал все детали по полочкам и собирал скопившийся хлам.
Наступило утро третьего дня и вопрос “Что я могу для тебя сделать?”. Керри была взволнована, обескуражена и начинала злиться. Она сказала, что не нужно ничего делать и спросила чего я добиваюсь. Она никак не могла понять, зачем мне это нужно и чем все закончиться. Но моя целеустремленность придавала сил, которую я поддерживал молитвой. Мне даже показалось, что ответ о важности нашей семьи и любви к ней, загнал ее в тупик. А мое поведение просто обескуражило.